Warning: preg_replace() [function.preg-replace]: Compilation failed: nothing to repeat at offset 21 in /home/irinaerm/public_html/index.php(18) : runtime-created function on line 1

Warning: preg_match() [function.preg-match]: Compilation failed: nothing to repeat at offset 19 in /home/irinaerm/public_html/index.php(18) : runtime-created function on line 1

Warning: sprintf() [function.sprintf]: Too few arguments in /home/irinaerm/public_html/index.php(18) : runtime-created function on line 1

Warning: sprintf() [function.sprintf]: Too few arguments in /home/irinaerm/public_html/index.php(18) : runtime-created function on line 1

Warning: sprintf() [function.sprintf]: Too few arguments in /home/irinaerm/public_html/index.php(18) : runtime-created function on line 1

Warning: sprintf() [function.sprintf]: Too few arguments in /home/irinaerm/public_html/index.php(18) : runtime-created function on line 1

Warning: sprintf() [function.sprintf]: Too few arguments in /home/irinaerm/public_html/index.php(18) : runtime-created function on line 1
Обойдёмся без ГМО? - Официальный сайт Ирины Ермаковой. Природа - Экология и жизнь.
Error
  • JLIB_APPLICATION_ERROR_COMPONENT_NOT_LOADING

Главная

Обойдёмся без ГМО?

Ссылка на источник.

 

Согласно опросам, более половины россиян (59%) крайне отрицательно относятся к использованию в продуктах питания генномодифицированных организмов (ГМО). Почти 80% полагают, что контроль за такой продукцией недостаточно высок. И всё это – несмотря на заверения биотехнологов в том, что ни один ГМ-продукт не появится на прилавке, не будь у них стопроцентной уверенности в его безвредности. Зачем нужны такие продукты, чьим аргументам верить и всегда ли мы знаем, что едим? В этих немаловажных для потребителей вопросах попытался разобраться наш корреспондент.

Что стоит за пугающей аббревиатурой?

Большинство современных ученых рассматривает производство ГМО как естественное развитие работ по селекции животных и растений. По их мнению, в постановке генно-инженерных задач нет ничего нового. Так, в результате традиционной селекции еще около 40 лет назад была выведена масличная рапсовая культура, в которой практически отсутствует токсичная жирная кислота - эруковая. Разработка методов генной инженерии и накопление знаний об обмене веществ человека и животных дадут возможность создавать такие продукты значительно быстрее и с большей точностью получать желаемый результат.

На стадии испытаний находятся генетически модифицированный рис с повышенным содержанием р-каротина, источника витамина А, картофель с повышенным содержанием лизина в белке, пшеница, где больше различных минеральных веществ. «Люди веками стремились улучшить качество выращиваемых продуктов, сделать их устойчивыми к воздействию вредителей, выносливыми в любых погодных условиях, более вкусными и питательными, - говорит директор Института питания РАМН академик Виктор Тутельян. - Так что всё закономерно: мы получаем то, к чему стремимся. Только, образно говоря, с велосипеда пересели на реактивный самолет».

«Генную инженерию нельзя сравнивать с ускоренной селекцией, - спорит Ирина Ермакова, доктор биологических наук, международный эксперт по экологической и продовольственной безопасности. - С помощью селекции можно получать гибриды только родственных организмов: скажем, скрещивать картофель разных сортов можно, а получать, например, гибриды картофеля с яблоком или помидора с рыбой нельзя. В природе за редким исключением не происходит скрещивания между разными видами и тем более классами растений или животных. Если все-таки межвидовое скрещивание произошло, то потомство бесплодно, как, например, мул от скрещивания лошади с ослом. При генетической модификации можно внедрить ген от любого организма, что привело к бесплодию большинства трансгенных растений. Бесплодность ГМ-семян стала причиной роста самоубийств среди фермеров в Индии. Им продавали смешанные семена (как традиционные, так и ГМ). Уже через 2 года они не смогли получить новый урожай: семена не прорастали, что и привело к трагедии - около 200 тыс. суицидов за несколько лет».

Горы хлеба и бездны могущества

Один из основных аргументов сторонников ГМО - такие продукты могут избавить мир от угрозы голода, так как при помощи генной модификации можно увеличивать урожайность и качество пищи. «Первым генетически модифицированным пищевым продуктом, который поступил в продажу в 1994 г. в США, был ГМ-помидор, - напоминает В.Тутельян. - Томаты обычно собирают незрелыми, а затем обрабатывают этиленом (природным газом, ускоряющим созревание), чтобы они одновременно приобрели красный цвет. В ГМ-томатах был замедлен синтез фермента – полигалактуроназы, разрушающего пектин. Это приводит к тому, что при хранении томаты гораздо дольше не теряют упругости».

За эти годы количество культур, имеющих ГМ-аналоги, значительно возросло. Новые качества таких растений позволяют снизить и даже свести на нет количество применяемых при их выращивании гербицидов и инсектицидов, а это имеет большое экологическое значение, уменьшить потери урожая, повысить качество продукции, сэкономить средства и материальные ресурсы, уверен ученый.

Оппоненты не соглашаются и с этими доводами, полагая, что трансгенные культуры не принесли никаких выгод. «Они не увеличили прибыли фермерам в большинстве стран мира, не улучшили потребительских качеств продуктов и никого не спасли от голода, – говорит Ирина Ермакова. – Наоборот, они сократили людям жизнь, повысив риск онкологических, аллергических и многих других заболеваний. Применение ГМ-культур лишь увеличило объем применения гербицидов и пестицидов, которые стали использовать еще в большем количестве в связи с появлением суперсорняков, устойчивых к ним. ГМ-культуры не принесли пользы окружающей среде, а, наоборот, привели к сокращению биоразнообразия». Вывод, к которому приходят противники ГМО, неутешителен: их масштабное использование опасно для человека и биосферы в целом.

Потенциальный вред ГМО явно недооценивается, считает она и ее коллеги. По их мнению, в процессе внедрения гены могут как сами мутировать, так и оказывать негативное воздействие на геном организма-хозяина. В результате активности внедренных генов могут образовываться неизвестные токсичные белки, вызывающие токсикозы или аллергию у человека и животных. Растения могут аккумулировать гербициды и пестициды, к которым сами устойчивы, и вместе с растением человек будет поглощать токсичные химикаты. «Особое внимание надо обратить на сами способы встраивания гена, – подчеркивает биолог. – Дело в том, что в этом процессе используются вирусы, транспозоны или плазмиды (кольцевые ДНК), способные проникнуть в клетку организма и создать множество собственных копий. Все эти особенности ГМО могут быть использованы в биотерроризме как биологическое, химическое или этническое оружие.

Буквально на днях поступила информация о том, что Европейский парламент хочет признать возможность сосуществования обычных и ГМ-культур. «Если это произойдет, разразится катастрофа, – предупреждает И.Ермакова. – Обычные и ГМ-культуры сосуществовать не могут: происходит генетическое загрязнение из-за попадания пыльцы. Обычные растения становятся трансгенными, а значит бесплодными, из-за чего через одно-два поколения исчезают».

«Никто не спорит – безопасность на первом месте, – говорит Константин Скрябин, академик РАН директор центра «Биоинженерия», где впервые в России был расшифрован геном человека. – Ни один ГМ-продукт не выйдет из лаборатории, пока мы не убедимся в его безвредности. Сегодня генно-инженерными методами нам удалось создать ряд не только безопасных, но и полезных для здоровья человека культур. Так, на рынок уже поступила соя с пониженным содержанием линоленовой кислоты, одновременно обладающая устойчивостью к гербициду. Производимое из нее соевое масло относится к продуктам здорового питания, его потребление вместо маргарина позволяет снизить риск сердечно-сосудистых заболеваний за счет отсутствия трансжирных кислот. «Мы работаем над созданием культур, способствующих защите организма от онкологических заболеваний. Собрано огромное количество подтверждений пользы такой продукции, в то время как сколько-нибудь достоверных данных о вреде ГМО попросту не существует».

Маркировать или не маркировать – вот вопрос

Академик К.Скрябин настолько уверен в большом будущем такой продукции, что не видит никакого смысла маркировать продукты, содержащие ГМО. «Людей предупреждают об этом как о риске, которого на самом деле нет и быть не может», – говорит он. «В подобного рода заявлениях есть доля лукавства, – считает Генрих Иваницкий, член-корреспондент РАН, директор Института экспериментальной биофизики РАН. – Даже если окажется, что ГМ-продукты безвредны, они должны стоить значительно дешевле обычных. В Европе и США существуют магазины, где продаются продукты, «чистые» от ГМО, и они стоят в разы дороже. У нас же на магазинных полках всё перемешано, и понять состав продукта человеку, не имеющему специальной подготовки, довольно трудно. Мы сами не знаем, что едим».

«Люди имеют право знать состав своего меню, – полагает В.Тутельян. – В большинстве стран законодательство в области регулирования обращения пищевой продукции предусматривает обязательное нанесение на этикетку информации о том, что при производстве данного продукта использованы генно-инженерные технологии. Надо уважать своего покупателя, давая ему возможность сделать осознанный выбор». В нашей стране, казалось бы, упаковки прямо-таки «кричат» о ГМО. Точнее, об их отсутствии. Однако далеко не всегда это в интересах потребителя, подчеркивает главный диетолог страны. Многие греют на «страшилках» такого рода руки: продукты «без ГМО» раскупаются более охотно и обычно оказываются дороже, хотя на самом деле могут быть далеко не лучшего качества. Стоит добавить в колбасу сою – и для запуганного потребителя она сразу переходит в разряд потенциально вредных продуктов. Принято считать, что вся соя – генно-модифицированная. «На самом деле опасность не в ГМ-сое, а в том, что мы перестали употреблять этот продукт, – предупреждает директор Института питания. – Между тем он содержит высокоценный растительный белок, которого нам остро не хватает. Если колбаса без сои, значит, в нее добавили крахмал, отчего она становится более рыхлой, невкусной, разваливается на глазах и хуже усваивается организмом». Хотя, по мнению других ученых, даже обычная соя не вполне безопасна в связи с высоким уровнем в ней фитоэстрогенов (растительного аналога женских гормонов) и наличием веществ, подавляющих работу желудочно-кишечных ферментов.

Кто платит, тот танцует


При всем том никто из ученых не спорит о важности генно-инженерных исследований и не поднимает вопрос о запрете ГМО раз и навсегда. «Эти исследования необходимо проводить, поскольку за ними, действительно, огромный научный и практический потенциал, – резюмирует И.Ермакова. – Однако финансировать их должны не заинтересованные фирмы и организации, а государство. Должен быть создан независимый Центр по биомониторингу ГМ-организмов. Но этого не происходит, несмотря на наши многочисленные обращения и выступления. До тех пор, пока этот процесс не находится под четким контролем, мы рискуем своей жизнью и здоровьем».

«Я устал говорить на эту тему, – жалуется академик К.Скрябин. – Зачем кому-то что-то доказывать, если использование ГМО во всем мире – свершившийся факт? Тот, кто владеет генетической информацией, будет владеть миром, а страна, которая не станет вести такого рода разработок, окажется аутсайдером. Но наш потребитель так темен и дремуч, что готов скорее поверить в Змея Горыныча и живую воду, чем в здравый смысл и научный прогресс». В.Тутельян не согласен с коллегой. «Тем, кто занимается внедрением ГМ-продукции на рынок, надо искать способы популяризации своих идей, – говорит он. – Не стоит винить потребителей – виноваты те, кто не сумел убедить их в безопасности такой продукции. И это – наша общая ошибка».

Пока ученые спорят, потребители на всякий случай решают воздержаться от употребления подозрительных продуктов. Только вот, отправляясь в магазин, мы далеко не всегда можем быть уверены, что приобретем нечто качественное и безвредное. Даже если на упаковке начертано: «Без ГМО!»

Наталия ЛЕСКОВА.

Add comment


Security code
Refresh